Когда полтора года назад я узнавал про The Shaggs — Philosophy of the World и удивлялся, как можно было такое пропустить, вот в то же самое время незаметно проходил мимо человек, чье творчество, вместе с The Shaggs приводится в пример на странице Outsider music в википедии. В топ 50 Курта Кобейна есть его альбом.

Итак, представляю вам Даниэля Джонстона (Daniel Johnston).

Даниел Дэйл Джонстон — (р. 22 января 1961), американский певец, поэт-песенник, музыкант и художник.

У Даниела биполярное аффективное расстройство, то есть маниакально-депрессивный психоз.

Его музыку отмечали такие музыканты как David Bowie, Yo La Tengo, Sonic Youth, Eddie Vedder, Beck, Spiritualized, The Flaming Lips, Sparklehorse, Justin Furstenfeld, Bright Eyes, и Matt Groening. Также его музыка нравилась Курту Кобейну, он часто носил майку с изображением знаменитого рисунка Джонстона «Hi How Are You?». Частота с которой Кобейн носил эту майку, привлекла больше поклонников и музыкальных энтузиастов к творчеству Джонстона. Особенно когда Курт вышел в ней на MTV Video Music Awards в 1992 году.

В связи с веселым диагнозом, Джонстон часто откалывал разные номера. Например, во время тура вместе с Sonic Youth он был арестован за вандализм, он накарябал Рыбку Иисуса на Статуе Свободы.

Приступы обострений психического заболевания Дэниэла хорошо задокументированы, но теперь, похоже, он достиг прекрасной гармонии своего безумия и хорошего самочувствия по сравнению с прошлым. Он рассказывает: «Я стабилен в общей сложности около пяти лет. Раньше меня колбасило, как под тонной кирпичей — маниакальная депрессия, чувство ужаса, боль в голове, в мозгах. Но под лекарствами я становлюсь активным и занимаюсь рисованием и работой».

В общем, я на эмоциях, хотя не знаю, насколько северные парни вообще показывают эмоции. Полдня выкачивал его музыку, качество отвратное. Слушаю наугад — цепляет. Простые песни, без яиц и амбиций. Про любовь, одиночество, радости и печаль. Тексты простые! Слышал трек, назвается «Кинг Конг», в котором почти на 6 минут проникновенно пересказывается сюжет фильма — «Они думали, что он монстр, а он был королем».

Мы с Данилой Watanabe иногда рассуждаем об атсайдерах. Сид Барретт, Брайан Вильсон, Курт Кобейн. Яндек. Shaggs. Все та же тема. Я люблю таких.

Выкладываю несколько треков разных лет наугад, послушайте.

— 1981, Songs Of Pain, Pot Head
Ты хотел быть кем-то, но ты никто, у тебя нет тела, ты только голова.
— 1983, I Love You
— 1983, Girlfriend
— 1985, I Saw Her Standing There
Кавер на Битлз

Такие находки и люди стряхивают пыль в голове, точно говорю. Ссылки по теме:
— официальный сайт
— фан-сайт
— картинки Даниэля
— wikipedia.org
— дискография на torrents.ru

В 2006 году про него был снят фильм — The Devil And Daniel Johnston. Про фильм пока ничего не знаю. На IMDB пишут: Daniel Johnston, manic-depressive genius singer/songwriter/artist is revealed in this portrait of madness, creativity and love. Посмотреть в онлайне целиком можно на youku.com, а скачать на torrents.ru

Moondog — псевдоним человека по имени Louis Thomas Hardin (26 мая 1916 — 8 сентября 1999) — слепого американского композитора, музыканта, поэта и изобретателя нескольких музыкальных инструментов. Однако, Moondog покинул общество и жил на улицах Нью-Йорка примерно 20 из 30 лет пребывания в городе. Еще его знали как «Викинга 6-го авню». © wikipedia

340 картинок + 6 часов времени = 12,8 МБ & 2:14
Спасибо Пете skiman и flickr.

+ Moondog — All Is Loneliness
+ Moondog Music

«АнТроп» — одна из старейших студий звукозаписи у нас в стране. Основал ее физик по профессии и ленинградский музыкант Андрей Тропилло. Название студии «АнТроп» можно понимать двояко — и как «человек» в переводе с греческого, и как сокращение от имени ее создателя.

С 76-го года Тропилло отошел от музыкальной карьеры и стал заниматься организацией концертов таких групп, как «Аквариум», «Машина времени», «Мифы» и др.

Так продолжалось до 79-го года, пока Андрей не получил помещение в Доме пионеров Красногвардейского района. читать далее »

Популярный радио- и телеведущий Геннадий Бачинский попал в автокатастрофу. По сведениям «Газеты.Ru», Бачинский разбился на машине в районе 19-го километра Щелковского шоссе. Как сообщает радио «Маяк», на котором Бачинский вел утреннее шоу, он погиб. gazeta.ru

читать далее »

Умер Джо Страммер. В пятьдесят лет, от сердечного приступа, за три недели до того, как его группа, The Clash, должна была быть введена в Зал славы рок-н-ролла. Глупо. Глупо то, что The Clash, о которых Боно говорит, что те были величайшей группой на Земле и написали всю книгу правил для U2, не были введены туда раньше. Раньше Майкла Джексона и многих других.

Они должны были попасть туда сразу. Как только оформились в то, что мы знаем ныне как классический The Clash, авторов самых раздолбайских и самых собранных песен на свете. Авторов «London Calling», которую журнал «Rolling Stone» назвал лучшей пластинкой 80-х, невзирая даже на то, что «London Calling» вышли в свет в 1979 году.

Глупо, потому что Джо Страммер не сидел на печи все это время: со своей новой компанией, the Mescaleros, он записал две пластинки, равных которым в последние десять лет мало что выходило. Не столько по музыке — с музыкой можно и спорить. Кому что нравится. А по другой причине.

Есть в английском языке слово dignity. Звучит гордо. Означает — «достоинство». И если вам нужна была бы иллюстрация к этому слову, вы вполне могли бы показать рукой на Джо Страммера.

Теперь показывать не на кого.

Так вот, музыка, которую сочинял Джо Страммер, описывается именно тем самым словом — dignity. И вот по степени его присутствия никто рядом с этой музыкой не стоял. Достаточно было послушать, как Страммер полупоет-полуговорит свои иронические, но по сути хмурые тексты об эмигранте из Югославии в Англию, которому отец, выходец из Украины, подарил шерстяной шарф с надписью «Шахтер-Донецк». О том, что все запатисты — последователи Эмилиано Запаты, нашего комического школьного персонажа, борца за права мексиканской бедноты — его сестры, ибо первоначально движение это было в основном женским, и командовала им команданта Эстер. И оказалось — ничего комического. Все очень печально. Люди смертны, в том числе и последовательницы Эмилиано Запаты. Such is life, такова жизнь, резюмировал Страммер.

Теперь выяснилось, что смертен и он. И, когда возникла эта пустота в мире с его уходом, оказалось, что смертно и то, что называется в английском языке словом dignity.

На похоронах моего отца один из его друзей сказал: «Я знал в жизни порядочного человека. Больше у меня таких людей нет». И теперь этот тост, не чокаясь, можно выпить еще раз.

Больше таких людей нет.

О The Clash принято говорить в превосходных тонах. Люди, бывшие на их концертах, нигде больше не могли получить той энергии, сопряженной с безмерным уважением к публике, которая царила там. Я знавал филолога-лингвиста, человека безмерно образованного, который слушал только The Clash. Потому что, объяснял он, когда мне нужно понять, что мир кругом не полное дерьмо, я знаю, у кого просить подтверждения этой мысли. Среди панк-рокеров The Clash стояли отдельно — и как недосягаемая величина, и как единственные, кто четко отдавал себе отчет в том, чего он хочет, кто имел оформленную позицию — левую, разумеется, чего же вы хотите, но совершенно осмысленную, безо всех этих «взять и поделить». О Sex Pistols уважаемая американская музыкальная энциклопедия говорит, что те были первыми. О The Clash — что те были главными. Они уничтожили или загнали за Можай всю эту затхлую атмосферу декаданса, выхолощенную идеологию диско, жлобские наряды и моду на перверсии. Они пришли и сказали: там, где родился наш гитарист, Мик Джонс, в рабочем районе Брикстоне, убивают людей прямо на тротуаре, а вы тут ломаетесь. Встаньте, паразиты, вы же люди. Самую свою тоскливую песню, «Straight To Hell», они написали не о любви. А о вьетнамских эмигрантах в Америке. Они перевернули представление о том, какие темы подходят для исполнения, а какие — нет. И пел все эти тексты — полуговоря, полувыкликая, совершенно характерным голосом, в котором слышались достоинство и сочувствие, — Джо Страммер.

Возьмите любое из того, что он сделал — удачное и не очень. И просто послушайте интонации его голоса. И вы поймете, что мы потеряли. Не просто человека, умершего слишком рано. Мы потеряли сочувствие и достоинство. И дыру эту заполнить нечем и некем.

Глупо. И тоскливо. И ничего с этим не поделаешь.

Артем Рондарев, «МК-Бульвар», 13.01.2003

См. также:

• Смерть — это звезда.
• Joe Strummer & The Mescaleros. Оптимистический реквием.
• Форум о Clash.

Debbie Harry: Still Punk, Still Proud, Still Breaking the Rules

Третий год подряд в середине октября мировая общественность отмечает John Peel Day в память о последнем радио-шоу культового ди-джея радио BBC Radio 1 Джона Пила, которое состоялось 11 октября 2004 года. Двумя неделями позже Джон Пил скончался от сердечного приступа.

Я не знаю другого человека, кто бы еще мог так сильно повлиять на развитие современной рок- (и не только) музыки. Джон открыл для нас тысячи имен и запустил сотни звезд. Каким-то специальным образом, полагаясь только на свой вкус, он выбирал музыку для радио-шоу, называл имена, которые потом становились сверхпопулярными и успешными, например: David Bowie, Roxy Music, T. Rex, Genesis, Joy Division, New Order, The Smiths, Radiohead, White Stripes.

Он ставил в эфир панк, рэгги, индастриал, IDM, прог-рок, хаус, техно и все то, что нам, пожалуй, никогда не дано услышать на волне одного радио .

Его любимой песней был сингл «Teenage Kicks» группы The Undertones — отличное описание страсти к новой музыке. Никакого коммерческого интереса или попыток сделать специально кому-то приятно, кроме себя. Просто чувак с необъятной любовью к музыке.

В ноябре 2005 была записана песня-посвящение Джону Пилу — кавер на Buzzcocks — Ever Fallen in Love — в исполнении таких артистов как: Roger Daltrey (The Who), The Datsuns, The Futureheads, David Gilmour (Pink Floyd), Peter Hook (New Order, Joy Division), Elton John, El Presidente, Robert Plant (Led Zeppelin), Pete Shelley и the Soledad Brothers. Звучит даже лучше оригинала!

В апреле 2007 году Джон был удостоен премии «Broadcasters’ Broadcaster Award».

С 1967 по 2004 более двух тысяч групп и исполнителей сделали хотя бы одну запись на шоу Peel Sessions. Хочу собрать их все. Этому человеку можно верить.

читать далее »

— Твой отец, я слышал, доцент университета? Он тебя из-под палки воспитывал или ты росла творчески свободным подростком?
— Очень творческим. Мы строили землянки, точили стрелы и пекли маисовые лепёшки — труд сделал из нас людей.

— А как на тебя повлияло движение за права женщин 70-80-х?
— Ну, не знаю. Наверное, повлияло. Я же никогда не хотела стать примерной домохозяйкой, женой, матерью, в общем — обычной бабой. Хотела стать художником, артистом. Дело в том, что движение это повлияло, в основном, на взрослых вокруг меня. То есть, я, девочка, видела, как все вокруг разводятся, женщины углубляются в исследования своего места в мире. Но все это было у взрослых. А я же была еще маленькая. Меня это интересовало, но не сильно. Вот когда я пошла в художественную школу — там уже начала задумываться о серьёзных вещах.

— А как вы думаете, феминизм изменился за последние 20 лет?
— Думаю, как и все движения, оно было более радикальным в начале, а теперь скатилось к компромиссам. Акценты сдвинулись, стало больше политики, ну, вы понимаете — равная зарплата, равные возможности и т. д. И на самом деле Райот Грлз были те, чьи матери были феминистками. То есть мы были следующим поколением феминисток. Вроде обновления, новой крови в движении. Ведь взрослый феминизм плевал на тинейжеров. Подумайте только, что за ад происходит в третьих странах, где женщин бьют камнями до смерти за то, что те оделись как шлюхи и понавешали бижутерии. И все такое.

— Что именно привлекало тебя в участии в рок-группе?
— Я наблюдала за "no wave"-группами, они очень отличались от лос-анжелесских панков. Мне это показалось занятным. Мне понравилась внезапность no wave. Очень экспрессивная музыка. Она выражала личные эмоции, это как музыкальные иллюстрации к Энди Уорхолу и его поп-арту. То есть вместо того, чтобы делать искусство о попсе, мы сами стали попсой, внутри нее, хотя и рассуждали о всякой там субкультуре в то время.

— Как ты думаешь, какое самое большое изменение произошло в музыкальной индустрии со времени вашей первой пластинки?
— В музыкальной индустрии? Ну, не примите на свой личный журналистский счет, но, так как сейчас столько музыки развелось, просто музыкальное обжорство, то получается перебор музыки. Тем не менее, кажется, что писаки все меньше и меньше заморачиваются ДУМАТЬ, когда пишут о музыке. Журналисты изменились и сидят на этих изменах, вот что я скажу. Наверное, это потому, что им надо написать про такую прорву всякого барахла (а его все больше и больше), что даже то, что было прикольно пару лет назад, сейчас уже нафиг никому не нужно. MTV тоже свою роль здесь сыграло.

— Да, кажется, людей привлекает идея прославиться.
— Точно, но это все гнилая MTV-ментальность. Я вчера щелкала пультом у телевизора и наткнулась на интервью с Дейвом Гроулом. Он говорил о поп-звездах, о том, как нехарактерно для нашего времени, чтобы музыкант продержался долгий срок на плаву. Ну, не считая Мадонны и всяких там Майклов Джексонов. Он сказал, что перед тем, как Нирвана ударила всех своим Nedermind, в чартах не было ни одной рок-группы. Сплошная Уитни Хьюстон. А я не могу отделаться от мысли, что кроме Limp Bizkitl, Korn и еще кучки команд — до сих пор рок музыкантов нет. Помню, когда грандж выстрелил, люди думали, что вот, мол, сейчас точно все изменится, вся индустрия. Фиг вам. Просто модная была штука, все бросились ее эксплуатировать, делать на ней деньги. Но потом все стухло, пришло что-то другое, не такое интересное или свежее, а в общем, то же самое, что было и до гранджа. Мораль такова: когда у индустрии кончаются деньги, они все становятся о-о-очень консервативными. Мейнстрим до непотребства консервативен. А между тем в музыке происходит куча интересного. В подполье. Но у большинства людей нет даже возможности услышать все это, потому что оно недоступно. Так что все течет, а ничего не меняется.

— А как по твоему мнению отразится на музыкальном климате тот факт, что сейчас каждый хрен может у себя в квартире записать и издать альбом?
— Ну, думаю, это отдает вожжи в руки потребителя. Плюс еще тот факт, что распространять музыку свою можно напрямую, через интернет. Думаю, что все кончится глобальным об-MTV-лением и превратится в нечто вроде капитал-шоу «Поле чудес». Все это выродится в очередную попсовую хуйню.

— Не было мысли попробовать снова заняться изобразительным искусством?
— Я постоянно хочу вернуться к искусству. Думаю, у меня лучше удается дома мебелью обставлять, но все это такое же шило в попе. Этому надо все время посвящать, заниматься этим как отдельной карьерой, а мне это на фиг не надо. Несколько лет назад я попробовала вернуться к живописи. Я тогда была беременна Коко. Писала серию портретов девочек и снимала видео.

по материалам www.amontillado.ru

Ее отец, профессор социологии, преподает в Калифорнийском Университете в Лос-Анджелесе. Мама — швея. После окончания колледжа искусства и дизайна при этом университете (1980) Ким отправилась в Нью-Йорк.

Ким стала заниматься инсталляциями и писать для журнала об искусстве. Эксперименты с материальным искусством привели ее к экспериментам музыкальным. В 1981 году Торстон Мур (гитара), Ли Раналдо (гитара) и Ким Гордон (бас-гитара) создают группу, ориентировавшуюся на дрон-рок, появившийся на руинах панк-рока. Группу назвали «Sonic Youth» (первый вариант был «The Arcadians»): «sonic» взяли от «The Sonic’s Rendezvous Band» (рок-н-ролл) и «youth» от «Big Youth» (ямайский DJ).

Ким в то время было под тридцатник, а музыкальная карьера только начиналась. Неумению играть противостояли решительность играть и множество идей, как играть. Ким утверждает, что научила ее играть сама атмосфера панк-рока, однако, несомненно и то, что она могла начать играть на любом инструменте и достичь того же.

«Sonic Youth» начинают играть музыку, которую некоторые описывают как «гениальный шум». Инструменты настраиваются так, чтобы получить звук, который никогда не получали или просто не считали музыкой. Андеграундная сцена в восторге.

Лирика Ким становится голосом феминизма: Ким поет об изнасилованиях, анорексии, сексуальных домогательствах. Образ Ким — образец воина и борца, а не пассивного овоща. В отличие от Тори Амос (Tori Amos) или Кортни Лав (Courtney Love), чьи нападки на патриархальное общество, кажется, вызваны,их личными проблемами, Гордон остается выше затрагиваемых тем. Создается впечатление, что сила личности Ким мощным щитом защищает себя от женских бед, свидетельницей которых она и является. Пожалуй, лучше всего это видно по песне «Tunic (Song For Karen)» («Goo», 1990): «Я как будто исчезаю, становлюсь меньше с каждым днем, но когда я открываю рот, чтобы запеть, становлюсь больше с каждым словом»: