Пластинки Джона Кейла (продолжение 2)

В конце концов, я и сам не знаю для кого, кроме себя, пишу эти субъективные заметки о мистере Джоне Кейле, затерявшемся вне и внутри синдиката снов, между роком, классикой и авангардом, мало по тому поводу переживавший, что уж там говорить, и так далее… Ну предположим, никому он не интересен, здесь и сейчас, в преддверии концерта, сейчас вообще много концертов, да, но и тем не менее мыслю я своё выступление так, вот существует, так называемая культура, нематериальное образование носимое людьми внутри себя, и имеет эта культура, нечто принципиальное, опорное, мировоззрение — трансцендентную установку, но также имеет она и носителей, тех кто интимнейшим образом, вне общественного интереса, взрывов и спадов популярности, воспринимается, как подлинный ея, культуры, носитель и воплощение, таких персонажей, собственно говоря, не может быть очень уж много, по той вот простой причине, что икусство беcкорыстно, так что и любить-то начинаешь лишь тех, кто по настоящему (не пред кем представляться) нравится, и вот здесь возникают с годами совершенно замечательные наблюдения, и чем дальше, тем больше мёртвых во всех смыслах, но только какие же они мёртвые, тем более что есть и живые, безусловно, саксофонист Паркер и саксофонист Колтрейн были крутейшими парнями — и не важно, сколько лет их нет на земле. Так вот, и ныне где-то на периферии Апщественного процесса (добавлю — всегда на перифирии), и существует вышеупомянутой бывший участник «Бархатного Подполья», но прежде «Синдикакта Снов», хмурый валлиец Джон Кейл, и выпускает, как это ни странно, новые пластинки. Наиболее далекие от его творчества люди, наверное, слышали, как он поет в «Шрэк-1», песню Леонарда Коэна «Hallelujah», это когда Шрэк возвращается на болото, а всю живность оттуда разогнали.

Да, вот великолепный Манзанера заряжает свое «иновское» соло в «GUN», а я целый день с диким кайфом слушал и не мог наслушаться первым сольником Кейла «Vintage Violence» 1970, Вельветс ещё два года играли с Лу Ридом, но Кейл был уже где-то далеко, далеко, далеко: Amsterdam, Please, Adelaide, Big White Cloud.

1975 Slow Dazzle. Следующим сольником John Cale стал «Slow Dazzle». Я купил этот диск с трещинкой на крышке, на парижском блошином рынке в Монтрё, пригороде Парижа, дымным теплым февральским вечером, как у нас апрельские вечера, и клумбы цвели. Это не самый сильный диск Кейла, хотя относится и к самому роковому по звучанию периоду. На диске кроме упоминавшегося выше гитариста «Roxy Music» Фила Манзанеры, играет также Крис Спеддинг, видимо больше известный рамоунс-фанам по некоторым релизам Ди Ди.

На полигафии диска «Fear» очень остроумно прописано типа так: Кейл: гитара, скрипка … Манзанера: гитара … … а про Брайана Ино — Eno: Eno. Если кто не знает кто такой, в принципе, Брайан Ино, перейдите по ссылке. На пластинке много прекрасных рок-номеров, быстрых и медленных, всегда нестандартных: Mr. Wilson, Taking It All Away, I’m Not The Loving Kind, Guts. Но для меня одной из самых ошеломительных вещей у Кейла, и вообще в роке, является записанная непонятно как финальная «The Jeweller»: гудение, тихий шум, какие-то звуковые поля и начитывание текста, при том что то, что происходит на бэкграунде нет слов особенно с момента: his eye slowly began to close по 30 секундной превьюшке на www.bn.com можно получить смутное представление. Атас!

1975 Helen of Troy. Следующий альбом — «Елена Троянская», является, безусловно, самым хитовым и самым мощным из рок-альбомов Кейла, здесь записаны многие из лучших, самых офигительных его песен: Engine, Cable Hogue, I Keep A Close Watch, Coral Moon, Sudden Death. Здесь играют Ино, Спеддинг, на барабанах в части вещей сыграл Фил Коллинз. Присутствует тут и трек «Pablo Picasso» (written by Jonathan Richman), для пластинки которую продюсировал Кейл — The Modern Lovers «The Modern Lovers» (recorded with John Cale in 1973, The Modern Lovers is one of the great proto-punk albums of all-time). «Helen Of Troy» — очень мощный диск, I Keep A Close Watch являясь грустной балладой, звучит как гимн, это великая песня человека по имени John Cale:

Еще: 01 | 02 | 03 | 04 | 05 | 06 | 07 | 08 | 09
10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18

Пластинки Джона Кейла (продолжение)

1972 The Academy in Peril Philosopher, Brahms, 3 Orchestral Pieces: Faust/The Balance/Capt, John Milton. Странная, необычная, авангардная, экспериментальная, записанная при участии «The Royal Philharmonic Orchestra» эта пластинка снабжена обложкой в оформлении самого маэстро Andy Warhol'а, монтаж из поляроидных портретов и фрагментов лица Кейла. С «The Academy in Peril», как и с двух предыдущих пластинок начинать знакомство, человеку не слышавшему Кейла, наверное, не стоит. «John Milton» — чудесная светлая с какой-то восходящей прозрачной внутренней архитектурой композиция.

1973 Paris 1919. Первый целиковый шедевральный альбом Кейла, хорош весь от начала и до конца, этот альбом вообще квинтэссенция всего творчества Кейла, прекрасный, что не хватает слов описать, таинственный, светлый-светлый, европейский, насмешливо-винтажный, бесконечно трогательный, добрый, весь какой-то проникнутый светом. Ч У Д Е С Н Ы Й! Обложка выражает настроение очень хорошо. Здесь много тех песен, которые потом включались во всякие сборники лучшего. Начинать с него можно смело. Можно и на Амазоне превьюшки послушать. В песне Half Past France он поёт в припеве —

1973 John CALE «Paris 1919» — Half Past France. Это песня про Вторую мировую войну. Она о ностальгии, об одиночестве того, кто совершает забег на длинную дистанцию, кто находится вдали от дома. Почему-то в ней идет речь о русском солдате во Франции.

1974 Fear. Первый альбом записанный на лейбле ISLAND. Среди музыкантов: John Cale: keyboards, guitar, bass guitar; Brian Eno: synthesizers; Phil Manzanera: guitar, slide guitar.

Кейл в самой своей мощной форме, это один из образцов рОкового Кейла. Все песни могучие. Часть из них: Fear Is a Man’s Best Friend, Ship of Fools, Gun (с бесконечным шизовым соло внутри), You Know More Than I Know - также входят во все сборники. Очень сильный, драйвовый, бодрый альбом.

Из интервью для Mojo, 1997: На «Gun» можно услышать замечательное гитарное соло Фила Манзанеры («Roxy Music»). Оно было записано в реальном времени. Брайан [Ино] всегда приходил с маленьким синтезатором в чемоданчике. Потрясающе. Куда бы он ни шел, он всегда носил его с собой; он выглядел как бизнесмен. Когда мы записывали гитарное соло для «Gun», Фил возился с ревербирацией, а Брайан сидел за пультом с открытым чемоданом и синтезатором, втыкал в него булавки — очень примитивно, но эффективно. Фил стал играть на гитаре, а Брайан стал манипулировать игрой Фила. И конечным результатом соло стало то, что вышло после обработки Брайана.
В то время у меня не было группы. Все происходило методом проб и ошибок. Кажется, я записывал эту песню через задницу, потому что нас поджимали сроки. Только потом Ричард Уильямс (из Island) предложил мне пригласить Криса Спеддинга и собрать группу.

Еще: 01 | 02 | 03 | 04 | 05 | 06 | 07 | 08 | 09
10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18

Пластинки Джона Кейла

1967 The Velvet Underground & Nico, 1967 White Light/White Heat

Как написано, на портале www.allmusic.com — именно Кейл привнёс самые экспериментальные куски в музыку первых двух альбомов the Velvet Underground: «…особенно партии droning viola в „Venus in Furs“, „Heroin“ и „Black Angel's Death Song“; дробные соло на пианино в „I'm Waiting for the Man“ и „All Tomorrow's Parties“; его полное черного юмора чтение в „The Gift“; и белый шум органа на „Sister Ray“». Тому кто слышал вельветс, особо объяснять в чем отличие первых двух дисков не надо.

1970 «Vintage Violence». Первый сольник Кейла. Я слышал его очень мало. Там чуть страшноватая обложка. Внутри написана какая-то история, связанная с Энди Уорхолом. На диске замечательная, светлая песня — одна из самых лучших у Кейла «Big White Cloud».

1971 Church of Anthrax. Этот редко встречающийся в России диск, записан совместно с Терри Райли. Терри Райли — официальный сайт www.terryriley.com. И хотя приписан он к официальной дискографии Кейла — Райли там больше. Ни к року, ни к чему такому, этот диск отношения не имеет. До начала карьеры рокера Кейл, выходец из шахтерской семьи, приехавший учится музыке в Штаты из Уэльса (и навсегда сохранивший свой Уэльс в себе), получил высшее музыкальное образование, а затем играл в возможно самом радикально-авангардном коллективе своего времени в «Dream Syndicate» La Monte Young'a. (Терри Райли о Ла Монте Янге: «Well, he was certainly a big influence on me when I met him, he was the freakiest guy I have ever met in my life»). Ла Монте Янг — наверное, самый радикальный «композитор» 20-го века. По виду веселый дядька, старый рокер. Фигура для российской ментальности труднопостижимая. Официальный сайт Ла Монте Янга и MELA Foundation — www.lamonteyoung.com. Отмечу, что годы спустя после выхода этой («Church of Anthrax») экспериментальной, заполненной фортепианными дуэтами, электроскрипкой и синтезатором пластинки, Райли на вопрос интервьюера, как ему сейчас совместная с Кейлом работа, скромно заметил, что кажется Кейл «переделал» (в смысле перепродюсировал) пластинку.

Помню красивую, наполненую многократным эхо «The Hall of Mirrors in the Palace at Versailles». Пластинка расслабится не даёт, не такие люди, в общем. Не чил-аут, короче.

Еще: 01 | 02 | 03 | 04 | 05 | 06 | 07 | 08 | 09
10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18

«Мы живем на пустыре»

Я реально слушаю последнего Кейла «чёрныйАцетат» и печатаю эти слова ни для кого, да хороший альбом их у него так много и эти две песни —

они самые кейловские, в кавычках, самые привычные опознаваемые для меня — дрыньк по клавишам — медленный темп, медленный темп скрипки, там такие светлые гармонии на бэкграунде, а на фото — доча, а автор фото — Билли Нейм, имя которого неотделимо от Уорхола, не его ли (Б.Н.) татуха на «White Light/White Heat», и после этого альбома Лу Рид попросил ребят сказать Кейлу, что он больше не может с ним играть. Я вот все думаю, вот я привез первые диски Кейла из Парижа, все очень интимно, и вот, он расписывается (прошлые гастроли) на полиграфии к «Walking On Locusts», на своем орущем рту рте и так далее… все пустырь пустошь одиночество — вот магистральная тема, и я вот думаю, в какой же это момент я решил что — вот «мой это исполнитель», и знаете, я думаю, просто вспоминая, вспоминая, давно затертую дописку на какой-то кассете две песни с «Carribean Sunset».

* * *
Официальный сайт Джона Кейла, посвященный последней пластинке: www.john-cale.com

Еще: 01 | 02 | 03 | 04 | 05 | 06 | 07 | 08 | 09
10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18

Dead Agents

После пластинки 1996 года «Walking on Locusts» Кейл должен был записать по заказу … — цикл песен «Мертвые агенты».

* * *
Вопрос: Над чем вы работаете сейчас?
Джон: Я пишу по заказу «ICA Concert» цикл песен под общим названием «Dead Agents». Мне попалась книга, которую написал дешифровщик, работавший в годы Второй мировой войны в Блетчли-парке в Англии (знаменитый центр радиоперехвата и дешифровки). Во время войны он посвящал английским агентам стихотворения - некоторые из них очень красивы, похожи на любовные поэмы. Одно он написал для женщины по имени Виолетт Жабо, которую нацисты арестовали во Франции, это очень известное стихотворение. В книге он рассказывает о своей жизни, но он ввел в текст и свои стихи, многие из них очень красивы, и я сейчас пытаюсь включить три-четыре из них в свой цикл песен. Возможно, я привезу их в Петербург.
Интервью взято по телефону из Нью-Йорка для газеты «The St. Petersburg Times», выходящей на английском языке. Апрель 1999, Сергей ЧЕРНОВ (FUZZ)

* * *
Время прошло — диск не вышел, да, да, да, не вышел. Вышел «HoboSapiens» и новейший «Чёрный ацетат» — «blackAcetate». А я ждал мёртвых агентов, а я ждал встречи с Виолетт Жабо —

Агенты, агенты — живые и мёртвые, вне рамок своей расы, культуры, времени — они — мы — несут — несём то знание, что именуется культурой — как в конце «451 по Фаренгейту» — кто-то запомнил наизусть Швейцера, кто-то Эйнштейна, так Гарик Чекрыжов, Сид, Хаба, ЛистенТуРамонс — хранят и несут куда-то дальше их (Ramones) творчество, или как выразился Mix — их огонь. Да. Я несу — пытаюсь нести — Робера Брессона и Эдварда Хоппера, кто-то несёт кого-то — и вот вещь видоизменяется, потому что каждый несёт то, что он любит сильнее всего, и так и получается морфология, изменение, наследование и сохранение культуры — и здесь уже все становятся традиционалистами, потому что хранить в душе, это ведь не со сцены ссать блевать (ну и т.д.) — это абсолютно другой процесс и в нем меньше «я». Так что может и не по теме, но так я понимаю слово «агент». И до знакомства с Гариком и Хабой — я чувствовал себя единственным агентом «Ramones» в совке — а точнее в России.

Еще: 01 | 02 | 03 | 04 | 05 | 06 | 07 | 08 | 09
10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18

Кармен Миранда, The Breeders и Робер Брессон

Since the soul of Carmen Miranda had captured the mind of man — такая лёгкая летящая, протоиновская (ENO) вещь — замыкающая эту странную «Words For The Dying» — на стихи Дилана Томаса — но эта песня — кейловская.

* * *
Отрывок из статьи в «Забриски Rider» N 9 (1999 г.). Ия Моцкобили «Джон Кейл»:

Ия Моцкобили: Не могли бы Вы поделиться воспоминаниями о Нико и Патти Смит, легендарных певицах. Первой уже нет в живых, а вторая, напротив, вернулась недавно на сцену.
Джон Кейл: Они были разные, одна из Европы — Нико приехала из Германии, Патти — американка. Для Патти Смит очень большое значение имела семья, это видно и по ее альбомам, и по отношению к музыкантам. А Нико была одиночка, она была плохо приспособлена к жизни, к тому же в Америке у нее никого не было. Она писала песни на чужом языке. Надо иметь определенное мужество так быстро прожить свою жизнь, как она. Чем-то она была похожа на Джима Моррисона. Впрочем, не хочу делать ее героем. /…/
Ия Моцкобили: Поддерживаете ли вы связь с Патти Смит в настоящее время?
Джон Кейл: Я бы сказал, что поддерживаю связь не только с Патти Смит, но и с Нико.

* * *
— Он читал стихи и играл куски на синтезаторе, чтобы посмотреть, что будет жить… Что я знаю о Кармен Миранде — что она не стала суперзвездой в Голливуде, приехав из Бразилии. Что она была красива, очень красива, что она напоминает мне чем-то Роми Шнайдер — но я ничего этого ещё не знаю, я только увлечён этой светлой наполненной горным воздухом минорной светлой балладой.

* * *
Есть, есть некоторый тип художников, неважно, деятелей культуры, стиль которых заключается среди прочего в том, что его трудно определить «Guts, guts, got no guts». Они - эти деятели культуры, как бы «никакие», нет в них особого признака, как простая вода отличается от коньяка, чая, кофе и т.д. Ну что про её вкус скажешь, так и здесь, я назову несколько имен, которые, более или менее, подходят под это определение — какой? — Какой, какой — да никакой! Это Джон Кейл, Joy Division, the Breeders. Это Wols (Альфред Отто Вольфганг Шульц (Вольс) (Wols, 1913—1951) — один из ярчайших представителей абстрактного экспрессионизма, родоначальник «информеля», официальный фотограф Всемирной выставки в Париже, оригинальный иллюстратор текстов Арто, Кафки и Сартра), но первое имя здесь Робер Брессон, но об этом не здесь. Так вот, качество это, представляется мне весьма ценным, ибо в нём есть что-то от прозрачности, невзрачности, простоты, обыденности самой жизни — в которой растворены все любови, конфликты, культуры, идеи. Это — самая, на мой взгляд, отличительная черта Джона Кейла, а кто не понял, тому и не надо.

Еще: 01 | 02 | 03 | 04 | 05 | 06 | 07 | 08 | 09
10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18

Вот взрыв

Короче было это так в 89-ом или 88-ом, мне дали знакомые живущие на Чистых прудах, в комплекте с первым (коричневая обложка — бабочка на яблочке) родным винилом «the Doors», какого-то чувака Джона Кейла, он на песочке в зеркальных очках, тоже винил — «не очень, но послушай». Ах, Карррабиен каррабиен сансет. Она сказала «Нет», но она имела в виду «Может». И диск (John Cale «Carribean Sunset» 1984), заинтересовавший присутствием Ино — колошматенье по клавишам — минималистично и напряженно — странный рок, вот как-то вошел в мое сердце, вот близок он мне стал, а две песни, чуваки, там вообще сумасшедшие.

Experiment Number 1 Caribbean Sunset

И я не знал, кто такой Джон Кейл. И я не знал про то, что он играл в the Velvet Underground, и диск этот считается неудачным, я не видел его ни разу на CD до сих пор, но, вот вступает перкуссия или метроном и скрипки, и он снова поет (скачанное давно мною через Napster):

Отрывки из Виктор Бокрис «Трансформер: История Лу Рида». Глава 5. Образование «Velvet Underground». На Нижнем Ист Сайде. 1965 год: loureed.ru.

Когда Лу начал навещать Джона Кейла в убогом богемном жилище на Ладлоу Стрит, 56 в недрах Нижнего Ист-Сайда на Манхэттене, он ровным счетом ничего не знал о Ла Монте Янге, его «Театре Вечной музыки», и имел весьма слабое представление о мире, в который вторгся. /…/ Кейл, в свою очередь, был под впечатлением от рок-н-ролльной личности Рида и того, сколь непринужденно тот сочинял стихи, но весьма высокомерно относился к его попыткам начать творческое сотрудничество. «Он пытался собрать группу», — вспоминал Кейл. «А у меня не было желания слушать его песни. Они казались жалкими. Он уже написал "Heroin" и "Waiting for My Man", но ему не разрешали их запись, просто не хотели иметь с этим ничего общего. Мне же было просто не интересно, большая часть музыки была написана как фолк, он исполнял свои песни на акустической гитаре, так что я не обращал на них внимания, меня тошнило от фолк музыки. Я ненавидел Джоан Баэз и Дилана. Каждая песня была просто пыткой!»

Несмотря на свою музыкальную одаренность и обучение у величайших авангардных композиторов столетия вплоть до двадцати пяти лет, к 1965 году Кейл почувствовал, что карьера его зашла в тупик. «Я пришел в никуда со своими классическими представлениями о музыке», — говорил он, отчаявшись найти новый музыкальный подход. Такое отношение разделяла семья, оказывавшая на него давление и принуждавшая искать работу. Как и мать Лу, миссис Кейл, школьная учительница в маленькой шахтерской деревушке в Уэльсе, бывшая замужем за шахтером, настаивала на том, что Джон никогда не заработает себе на жизнь музыкой, и ему следовало бы стать врачом или юристом. /…/ Лу и Джон решили сформировать группу, оркестровать их материал в приемлемую для выступлений и записи форму, и рискнуть выпустить свою музыку в свет.

«Когда мы впервые начали работать вместе, все основывалось на том, мы интересовались одними и теми же вещами», — говорил Кейл. «Мы оба нуждались в проводнике; Лу нужен был кто-то для того, чтобы провести свои поэтические идеи, а мне кто-то, кто воплотил бы мои музыкальные замыслы. Идея организовать группу и выйти на сцену выглядела превосходной потому, что, казалось, все играют одно и тоже снова и снова. Каждый, у кого была рок-н-ролльная группа в те дни, следовал стандарту. Я решил, что единственный способ пощекотать всем нервы — это сделать импровизацию, длящуюся сколь угодно долго». /…/ «Наша музыка эволюционировала под коллективным воздействием», - рассказывал Стерлинг (Моррисон). «Лу приходил с набросками стихов, и мы все работали над музыкой. Практически всегда происходило именно так. Мы вместе вырубали из этого что-то очень мощное. Джон пытался быть серьёзным молодым композитором, у него за плечами не было ничего связанного с роком, это было потрясающе, он не знал никаких клише. Послушай его басовые партии, он не знал никаких расхожих рифов, абсолютно необычно. "Waiting for the Man" была просто сверхъестественна. Работать с Джоном было сплошным удовольствием».

Их первым несомненным достижением в аранжировке стала «Venus in Furs». Как только Кейл добавил виолу, подчеркнув «страусиную» гитару Рида, иррационально и без тени сомнения, по спине его пробежали мурашки. Им, он это понял, удалось найти своё, при том мощное, звучание. Кейл, у которого была мания по звуку, вспоминал: «В тот момент я подумал, что мы, наконец, открыли действительно оригинальный, безумный стиль». Словами этой песни, как писал британский критик Ричард Уильямс, «Лу Рид изменил реалии поп музыки раз и навсегда. Но это были не просто слова. Для "Heroin" и "Venus in Furs" была создана музыка, точно соответствовавшая их тематике, и она звучала непохоже ни на что другое, звучавшее раньше. Были исключены блюзовая тональность и афро-американские ритмы, базовые компоненты всего предшествовавшего рок-н-ролла. Превалирующими звуками стали шершавый скрип электрической виолы Кейла и фидбэки гитары Рида, ускорявшиеся и замедлявшиеся в соответствии с текущими потребностями стихов».

Еще: 01 | 02 | 03 | 04 | 05 | 06 | 07 | 08 | 09
10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18